Kactus

Login:  Pass:  
  << · 09.04.2007 · >> | home | about | archive | keywords

Какое китаеведение должно быть сейчас?

   / 10:08  
|  keywords: власть, китай, местное, на злобу дня

Старожилы «Кактуса» наверняка помнят сколько комментов вызвал мой предыдущий пост под названием «Давайте прекратим истерику» про Китай и наше отношение к нему.

Китай для нас — не только жителей Читинской области, но и всей России всегда будет оставаться одним из объектов наиболее пристального внимания. Процессы развития российско-китайских отношений выявили ряд проблем, напрямую связанных с недостатком информации друг о друге. Если на высшем уровне двусторонние отношения характеризуются высочайшей степенью доверия и взаимодействия, то на региональном и бытовом уровнях ситуация далеко не однозначная.

Отсутствие достоверной информации о политике, законодательстве, планах социально-экономического развития, предложениях по торгово-экономическому сотрудничеству, сферах привлечения инвестиций, культуре, традициях и обычаях двух стран служит одним из барьеров на пути поступательного развития всесторонних российско-китайских отношений.

Современный этап российско-китайских отношений гораздо более многограннее, богаче и противоречивее чем когда-либо. Разнообразные формы, уровни и результаты этих отношений порождают неоднозначные мнения и оценки. Отношение россиян к Китаю персонифицировано, субъективно и зачастую во многом предвзято.

По мнению заместителя директора московского Центра Карнеги политолога Дмитрия Тренина, причины негативного отношения к Китаю и китайцам надо искать как в прошлом, так и в настоящем: «В годы «великой дружбы» россияне общались в основном с китайской элитой – учеными, дипломатами, инженерами, студентами, стажерами, спортсменами. Теперь миграция носит массовый характер, и среди гостей немало люмпенов. Сыграла свою роль и антикитайская пропаганда в пору противостояния. Она сформировала у населения устойчивый антикитайский синдром. Россиян нередко охватывает чувство уязвимости. Они были гражданами огромной страны, которая за высокими стенами сохраняла среду в чистоте от внешних воздействий. И вот граница открылась – и люди оказались лицом к лицу с динамичной и не всегда приятно активной наступательной Азией. Советская ментальность осажденной крепости, жизни отдельно от другого мира мешает им взаимодействовать с азиатами».

Вряд ли кто будет спорить о том, что на сегодня в российском общественном мнении сложился устойчивый образ «второсортности» китайских товаров, китайской культуры. Из-за этого между провозглашаемыми с высоких трибун «отношениями стратегического партнерства» и настроениями в массах и даже в политикоформирующей элите обозначился широкий разрыв. Этот разрыв при определенных условиях может серьезно подорвать отношения России с этой огромной и быстро развивающейся страной.

Отсюда напрямую напрашивается вопрос: а кто же тогда занимается исследованиями по всему спектру сотрудничества с КНР? Кто информирует широкие народные массы, анализирует, обобщает информацию и доводит до сведения руководства для учета в работе и принятия решений? Ответ вроде тоже ясен – китаеведы, они же китаисты.

Китаеведы, понятное дело, бывают разные. Большинство штатские, но есть какая-то часть при погонах. Есть как академические специализированные институты, наподобие Института Дальнего Востока Российской Академии наук с его филиалами, а есть и частные лавочки в виде всевозможных фондов, институтов и академий. Другая ветвь китаеведения – структуры, по долгу службы обязанные заниматься нашим бурно развивающимся соседом: Министерство иностранных дел, Служба внешней разведки России, Главное разведывательное Управление Генерального штаба Министерства обороны и т.д. Что-то еще пытается изучаться при высших учебных заведениях от Москвы до самых до окраин.

Как исследуют Китай академики и мыслители классической школы китаведения, становится ясно и понятно, если вы только возьмете в руки их главный печатный орган – журнал «Проблемы Дальнего Востока». 90% материалов в «ПДВ» посвящены чему угодно, только не сегодняшнему дню, перспективам развития и анализу отношений нынешней России с нынешним Китаем. Вы можете прочесть много увлекательного про древнюю историю, про императоров всевозможных династий, даже про советско-китайский конфликт на КВЖД 1929 года. А практически все живые материалы (оставшиеся 10%) о сегодняшнем дне, публикующиеся в этом журнале, пишут региональные авторы – из Читы, Владивостока, Благовещенска и т.д.

Некто Попов В.В. в своей книге «Три капельки воды. Заметки некитаиста о Китае» пишет: «А школа китаистов у нас сильная, одна из сильнейших в мире, и подступиться к китаистам, не зная ни одного китайского стихотворения на языке оригинала, практически невозможно».

То, что наши уважаемые академики и мыслители рангом пониже будут продолжать и дальше жить в основном древностями, философией, историей и ставшими уже практически святыней «36 стратагемами», к сожалению, является клиническим фактом. Ведь что такое нынешняя суета по сравнению с 5000-летней историей китайской цивилизации? Да и писать, например, о термине хань эр в китайских источниках X–XIII веков куда менее хлопотно и более безопасно, чем, например, о том, что в отношении граждан России на приграничных территориях КНР заметно увеличилось количество противоправных и незаконных действий не только со стороны криминальных элементов, но и крышующих их сотрудников китайских правоохранительных органов.

С творениями китаеведов «закрытого типа» по понятным причинам ознакомиться практически нереально. Все их творения циркулируют по заранее известным маршрутам и наружу, как правило, не выходят.

В Чите есть ряд структур, которые занимаются или должны заниматься изучением Китая. Не каждый из вас, наверное, знает, но у нас в Чите при Читинском государственном университете с 2005 года создан и номинально функционирует филиал Института Дальнего Востока РАН. Читать какую-либо информацию, вышедшую из этого заведения, до сих пор не приходилось.

По инициативе администрации области и Забайкальского педуниверситета, а также при помощи академика Андрея Кокошина в 2005 году создана другая подобная же структура – Центр международных исследований стран Северо-Восточной Азии. Возглавляет этот центр Г.Г. Васильев — хороший монголовед, знающий Монголию не понаслышке. Хорошие и качественные материалы о Монголии, причем зачастую полученные из эксклюзивных источников – читать доводилось. А вот отсутствие по настоящему компетентных специалистов по Китаю в этом центре сказывается на качестве и количестве соответствующих материалов. Хотя, как мне кажется, директор центра полон энтузиазма ликвидировать в будущем это узкое место.

Мне доводилось читать много всегда качественных аналитических материалов, вышедших из-под пера наших дипломатов, – сотрудников Представительства МИД РФ в городе Чите. Но их там работает всего 3 человека, и помимо исследовательской работы им нужно, прежде всего, заниматься другими всевозможными делами.

А между тем, нас, нашу область, нашу страну, словно под микроскопом изучают наши китайские коллеги. Несколько примеров. Как только на сайте администрации Читинской области появилась информация об утверждении на должность председателя комитета международного сотрудничества, внешнеэкономических связей и туризма, его биография через день была переведена и опубликована с фотографией на многих китайских сайтах.

Законы Читинской области, посвященные привлечению иностранных инвестиций, а также информацию о месторождениях полезных ископаемых региона, переведенные на китайский, вы можете прочитать на маньчжурских и хулунбуирских сайтах. А можете еще увидеть в материалах, выпускаемых Министерством коммерции КНР, другой китайской госструктурой к какому-нибудь событию, например к Харбинской ярмарке.

Госсовет КНР, Академия наук, Академия общественных наук, Министерство коммерции, Государственный комитет по развитию и реформе, приграничные с провинции создали научно-исследовательские структуры, изучающие различные аспекты взаимоотношений с Россией.

Даже в близкой к нам (по географическому положению) Маньчжурии в 2005 году по инициативе местных властей создан филиал Института по изучению России и стран Восточной Европы при Госсовете КНР – центр по изучению проблем рыночной экономики России и Монголии. Представители этого центра приезжали к нам в октябре 2006 года для участия в международной научно-практической конференции «Трансграничье в изменяющемся мире».

Ситуация с изучением Китая в западных странах до середины 80-х годов в чем-то напоминала нашу нынешнюю ситуацию. Когда я учился в 1988-89 годах в Китае, западные студенты-стажеры рассказывали мне, что многие из их светил китаеведения даже не умели говорить по-китайски! На мой недоуменный вопрос как это может быть, они говорили: дескать, а зачем им знать, как звучит тот или иной иероглиф, всё равно они кроме древнекитайского языка вэньянь ничего не знают и современный китайский для них чужд и не интересен. Древность их привлекает, седая китайская старина!

Но всё возрастающие темпы развития экономического сотрудничества Запада с Китаем не могли не вызвать потребности в получении информации практической направленности: налоги, законодательство, льготы, маркетинговые исследования, логистика и т.д. И вот с середины 80-х годов и по наши дня из Китая не выводятся толпы студентов, стажеров, аспирантов и т.д. И все они знают, в чем они должны специализироваться: кто вникает в дебри китайских законов, кто постигает региональную экономику, кто социологию.

Конечно, продолжать изучение памятников великой цивилизации, корпеть над очередным переводом «Сна в красном тереме» или «Речных заводей» наверное для кого-то является смыслом жизни и потребностью души. Но получается, что небольшая группа российских светил экстра-класса по седой старине не сможет составить конкуренцию большой массе квалифицированных американских, японских, южнокорейских и прочих западных специалистов в необходимых именно сегодня областях.

Как одно из следствий пренебрежения к проведению действительно необходимых практических китаеведческих исследований, является катастрофическое ухудшение структуры российско-китайской торговли в 2006 году. По сути, оформилась тенденция колониального характера российского экспорта в КНР. Свыше 90% в стоимостных показателях российского экспорта – сырая нефть, оставшиеся 9% — то, что назвали по-эзоповски «продукция первичного передела», а если без эвфемизмов, то лес, в подавляющем большинстве круглый. Соотношение круглого и обработанного леса в экспортных поставках в КНР составляет 20:1!

С китайской же стороны наблюдается стремительный рост удельного веса продукции машиностроения и высоких технологий в общей структуре импорта в Россию.

Но мало иметь практические наработки, мало иметь полученную информацию. На мой взгляд, необходимо выстроить такую систему, при которой разрозненные ручейки и речушки информации о Китае вливались бы в океан знаний об этой стране. Иными словами, необходимо централизованное сведение, обобщение и обработка полученной информации, а самое главное, доведение этой самой необходимой информации до руководства страны, регионов и пользователей из научных и деловых кругов.

Проблемные вопросы китаеведения складывались не один год. Еще в прошлом году некоторые товарищи предлагали создать ряд структур, в чьей компетенции были бы вопросы взаимодействия России с Китаем. Например, создание в структуре администрации Президента Российской Федерации отдела по стратегическому взаимодействию с КНР или госкорпорации с самыми широкими полномочиями.

Формат «Кактуса» не позволяет более подробно и конкретно остановиться на этой теме, но думаю вам, господа, так же как и мне обидно и горько, когда обходят нас на поворотах, там, где мы сами могли бы всех обойти.
 
 [ link ] posted by: Nekto [ Comments : 54 ]